Оля.
Почему я не лишилась действенности раньше? Сейчас бы не было этих проблем. Это всё из-за этого, ему льстит, что он будет первым у меня. Самолюбие, честолюбие, гордыня и эгоистичность — всё есть у этого парня, и я подхожу по всем параметрам, чтобы тешить его самолюбие.
-Рустам, послушай,- с надеждой заглянув его глаза, я начала зондировать почву,- если я,…. ммм….как это правильно сказать, отдам тебе себя, но на одну ночь, ты отпустишь меня домой?
Отбросив мои руки в сторону, он резко подскочил, как ужаленный. Его взгляд стал злым и колючим.
-Торгуешься, значит? Раньше осуждала таких девушек, а теперь сама меняешь свою честь на свободу, готова платить такую цену? Хороша, ничего не скажешь!
Рустам смотрел на меня уничижительным взглядом, сгорая от гнева.
-Вот кому действительно можно злиться в этой комнате, так это мне, ясно. Ты чем лучше, герой любовник, весь такой чистенький что ли и безгрешный? Затащил меня сюда силой, заставляешь делать, что не хочу. Хорош, что не говори!- вернула я ему его колкую реплику, практически выплюнув ему в лицо.- Говори, что хочешь, мне не стыдно это предлагать. И с этими девушками у нас ситуации разные. У них был выбор этого не делать, а у меня нет. Нет выбора! Ты сам подталкиваешь меня к этому. Сам создал условия, когда моя честь не стоит ничего. Даже если у нас с тобой не будет интимной связи, от твоего поступка уже не отмыться. Не хочу здесь находиться! Я хочу домой!- не выдержав такое эмоциональное напряжение, я расплакалась навзрыд, упав лицом на кровать, свернувшись в клубок, как маленький несчастный зверёк.
Такой я себя и ощущала, какой-то неведомой зверушкой, которая нужна только для развлечения. Зверьком, которого посадили в клетку и оставили для забавы. Рустам прилёг рядом и успокаивал меня: гладил, целовал волосы, крепко сжимал плечи, прижимая к своему телу так, как будто я в любой миг могу навсегда исчезнуть из его жизни.
-Я боюсь, что ты уйдёшь, и я никогда больше тебя не увижу. Для меня это страшнее смерти…,- с неподдельной болью и страхом в голосе прошептал еле слышно куда-то мне в волосы Рустам, но я услышала и, повернувшись к нему, пристально посмотрела в его глаза. В них не было и тени сомнения в своих словах. Он говорил искренне, открыто признаваясь в своих чувствах, нежно поцеловав меня в губы при этом. В этом поцелуе не было и намёка на страсть, а только любовь, которую выражали и его глаза – в них было столько обожания и восхищения, что я задохнулась от нахлынувших на меня чувств.
Я попыталась разобраться, что я чувствую к нему? Как же всё сложно и запутано. Он мне нравится, даже очень, и у меня к нему есть сексуальное влечение. Но связано ли это с тем, что он первый парень, который ко мне прикоснулся, подарив настоящий поцелуй и первое физическое удовольствие, и эти чувства я могу испытывать только по отношению к нему? Или же к любому другому парню эмоции будут такие же яркие? Как мне это понять, если сравнить не с кем, ведь я больше ни с кем никогда не была? Тем более, как понять, что любишь?
От этих мыслей у меня разболелась голова, и я принялась активно массировать виски, чтобы облегчить боль, испытывая только два желания в этот момент- спать, я очень устала. Все эти события ужасно утомили, высосав из меня всю энергию. Я чувствовала себя опустошенной и выжатой без остатка безжизненной лимонной коркой. И второе — поговорить с родителями. Мне сейчас их так не хватало…
Убаюканная нежным, успокаивающим шёпотом и ласковыми прикосновениями Рустама, я провалилась в тревожный сон без сновидений. Сколько мы так проспали, я не знаю, но когда я открыла глаза на улице уже было темно.
Проснулась от того, что мне дико было жарко. Этот невыносимый жар исходил от тела, к которому я была плотно прижата.copy right hot novel pub